baltvilks (baltvilks) wrote,
baltvilks
baltvilks

Categories:

Неоимпериализм в современной России: корни болезни

Эта статья была написана специально для журнала Мājas Viesis (Латвия), где она была вчера издана под названием Neoimperiālisms mūsdienu Krievijā: slimības vēsture.
Переведена на русский для всех русских, имеющих интерес к данной теме.



Untitled

Орать о величии и ненавидеть весь мир проще, чем
строить дороги, города, поднимать промышленность
и жить с этим миром в гармонии.
Андрей Макаревич (2014)

Не так давно мы оставили позади 20-й век, казалось бы покончивший с империями. Всего сто лет назад на карте мира доминировали семь империй: Германская, Австро-венгерская, Российская, Оттоманская, Британская, Французская[1] и быстро растущая Японская[2]. В ходе политико-экономических катаклизмов, связанных с Первой мировой войной, первые четыре из названных империй  пали. Однако всего 4 года спустя большевики сумели кое-как возродить Российскую империю под другим названием (СССР), с принципиально иной властной кастой, а также - с принципиально иной идеологией и культурной составляющей. Полтора десятилетия спустя нацисты попытались возродить и Германскую империю («Третий рейх»), но это кончилось очередной национальной катастрофой 1945 года. Вскоре – в конце 50-х – начале 60-х годов произошел «самодемонтаж» британской и французской колониальных империй. Эти две империи ушли в небытие не в результате военных поражений, как Германская, Османская или Японская, не в результате непреодолимых центробежных тенденций, как Австро-венгерская, и даже не вследствие социально-экономических катаклизмов, подобных тому, который убил Российскую империю. Великобритания и Франция перестали быть империями прежде всего потому, что их правящие круги осознали, что имперское устройство стало иррациональным: в условиях торжества эгалитарных идеологий всем гражданам требовалось обеспечить приблизительно равные условия существования – как политические, так и экономические, а сама природа империй не подразумевает политического равенства и высокого качества жизни для всех субьектов и подданных. В результате к концу третьей четверти 20-го века на политической карте мира появились десятки новых независимых государств, а Британия и Франция, еще недавно владевшие большей частью нашей планеты, стали относительно небольшими, но экономически стабильными, демократическими странами с невиданно высоким доселе уровнем жизни основной массы населения.

Страшноватый большевистский зомби, созданный из останков Российской империи, протянул дольше всех империй, рухнув замертво летом 1991 года, не выдержав гонки вооружений и экономических экспериментов «развитого социализма». После этого могло показаться, что эра империй закончилась надолго (не скажем «навсегда», потому что история часто идет по спирали, а будущее предугадать невозможно, как и показали, например, дальнейшие повороты российской политики). Однако, прошло всего  лишь несколько лет после падения СССР, когда новое руководство Российской Федерации взяло курс на повторную реанимацию Российской империи.

Сегодня странное государственное образование под названием Российская Федерация вновь представляет опасность как для ближайших своих соседей, так и для всего мира. Военная агрессия против Грузии и Украины, отторжение чужих территорий (Абхазия, Южная Осетия, Крым), пропаганда ненависти к Соединенным Штатам Америки и  странам Евросоюза (в первую очередь – к Польше и странам Балтии), грязноватые игры с русскоговорящими общинами различных стран, продолжение формирования шпионских сетей и сетей агентов влияния – вот основы современной внешней политики России. При этом нео-имперские амбиции Кремля пользуются поражающей мир поддержкой подвластного ему населения. Как показывают опросы общественного мнения, подавляющее большинство россиян по крайней мере сегодня готово к урезанию их гражданских прав и свобод, а также к резкому снижению уровня и качества жизни ради расширения территории Российской Федерации и эскалации конфликта с соседями.


В этой связи перед нами встают следующие четыре вопроса:
1.      Что побуждает российский политический истеблишмент идти на реализацию более чем рискованного проекта второй реанимации империи?[3]
2.      Почему массы россиян поддерживают имперский проект, зная, что его развитие почти наверняка ухудшит их положение?
3.      Что ожидает соседей России и мир в целом, если повторно запущенная реанимация Российской империи будет развиваться дальше?
4.      И, наконец, какова должна быть реакция стран Запада на современный российский гегемонизм?

Итак, зачем российским «элитам» новая империя?

Россия станет империей или исчезнет
                     Александр Проханов (2010)

Они легко  впали  в  заблуждение,  что  
они -  тоже  лидеры  сверхдержавы.
                     Збигнев Бжезински (2010)

Очевидная причина современной политики Кремля лежит прежде всего в том, что в политических и интеллектуальных элитах России сегодня, как и почти сто лет назад, господствует имперское мировоззрение. Причем это мировоззрение характерно не только для политических лидеров (Владимир Путин, Дмитрий Медведев, Сергей Лавров, Владимир Жириновский) и придворных философов-идеологов (Александр Дугин, Александр Проханов), но и для видных представителей оппозиции (Алексей Навальный, Ирина Хакамада, Мария Баронова). То есть маловероятная, хотя гипотетически возможная смена власти в современной России не приведет к смене курса на империю, так как в своем имперском мышлении едины все политические силы этой страны. Расширение пределов и без того самой большой страны в мире (Россия осталась таковой даже после распада СССР) ценой неоправданных материальных потерь и испорченных отношений с соседями представляется им более важным, чем обустройство собственныx владений и взаимовыгодное сотрудничество с другими государствами. Об этом подходе к внешне-политической роли России едва-ли можно сказать лучше, чем современный идеолог российского нео-империализма Александр Проханов, четверть века назад, назвавший русских «ограбленными и обманутыми своей тысячелетней историей».[4] По иронии судьбы Проханов позже и сам встал в ряды «обманутых и ограбленных», многократно и публично высказав мнение о том, что русское государство может существовать только в виде империи.

Но в чем же причины и корни имперского менталитета российских элит?

Одну из причин недавно обозначил Збигнев Бжезинский, и в этом с ним трудно не согласиться. Согласно Бжезинскому неоимпериализм как Кремля, так и оппозиции сформировался отчасти благодаря тому, что лидеры Российской федерации в начале 90-х годов получили неверный посыл от США и Евросоюза. Демонстративное (если не сказать -  навязчивое) заигрывание администрации Джорджа Буша-старшего и Билла Клинтона с Кремлем в первые годы после распада СССР привели российское «демократическое» руководство к выводу о том, что Соединенные Штаты рассматривают Россию как равного партнера, а, следовательно, дают ей «зеленый свет» на «продвижение национальных интересов» в постсоветском пространстве. В своей книге «Великая шахматная доска» Бжезинский писал:

«Сознательно   дружественная    позиция,   занятая   Западом,   особенно Соединенными  Штатами, в отношении нового российского  руководства  ... соблазнила  членов  этого истеблишмента.  Новым лидерам льстило быть  накоротке с высшими должностными лицами,  формулирующими политику  единственной  в мире сверхдержавы,  и они легко  впали  в  заблуждение,  что   они -  тоже  лидеры  сверхдержавы.  Когда американцы запустили в оборот лозунг о  "зрелом  стратегическом партнерстве" между  Вашингтоном и Москвой, русским показалось,  что этим был благословлен новый  демократический американо-российский кондоминиум, пришедший  на смену бывшему соперничеству. Таким образом  Россия будет не только законным  правопреемником  бывшего  Советского  Союза, но  и де-факто партнером в мировом устройстве...

Проблема   с   таким  подходом  заключается   в   том,  что   он  лишен внешнеполитического  и внутриполитического реализма».[5]

Ошибочность этого подхода так и не была понята администрацией Бориса Ельцына, подпавшего к 1993 году под влияние милитаристского крыла его команды. Одним из проявлений этой трансформации явилось, в частности, российское вмешательство на стороне сепаратистов в конфликты в Абхазии (Грузия) и Транснистрии (Молдова), спровоцированные еще советскими спецслужбами перед падением СССР. Приход к власти Владимира Путина и некоторое улучшение экономического положения в России в связи с повышением цен на нефть на фоне заигрывания с Кремлем администрации Джорджа Буша-младшего содействовали окончательному формированию неоимперской доктрины в российской внешней политике, реализацию которой мы наблюдаем сегодня в восточной и южной Украине.
Сюда следует также добавить, что Запад сумел четко показать российским «элитариям» (как политикам, так и нуворишам-олигархам), что доступ в ряды западноевропейских и североамериканских элит им закрыт. Формальное положение, личное богатство (мягко говоря, сомнительного происхождения) и даже посещение их детьми элитных учебных заведений Запада - не сделало их «своими» в вожделенном «элитном клубе». Такое отторжение вызвало ожесточение и стремление утвердить себя «альтернативным способом», которым в Кремле считают повторную реанимацию мертвой империи.

Вторая причина приверженности российского политического истеблишмента к имперским идеям согласно опять-таки Бжезинскому, а также МакКоули, Найт и многим другим авторитетным исследователям современной политической культуры РФ - кроется в фактическом отказе постсоветского кремлевского режима от разрыва со своим историческим прошлым, а также – в происхождении его лидеров, которые «были  не  только продуктом советской системы, но  и бывшими  высокопоставленными  членами  ее правящей элиты»[6]. В этом – коренное отличие Российской федерации от бывших советских сателлитов Восточной Европы. В настоящее время, по мере ухода с политической сцены представителей старой советской элиты, их место занимает новое поколение политиков, также выросших в семьях членов советской номенклатуры или же тех, кто номенклатуру обслуживал.[7] А советская элита, начиная с эпохи Ленина и Сталина прекрасно осознавала, что СССР мог существовать только в процессе экспансии с целью взятия под контроль если не всего мира, то хотя бы Евразийского материка. Замедление экспансии или же отступление означали скорый и неизбежный конец «второго российского рейха», который и наступил в 1991 году. Точно также как и их «политические предки», представители пост-советского политического истеблишмента России не могут и не хотят эффективно управлять ввереной им страной. Поэтому, пытаясь оправдать свои катастрофические провалы во внутренней и внешней политике, правители Российской федерации усиленно отвлекают народные массы от реальных проблем, создавая в обществе образ врага, приписывая демократическому миру и всевозможным воображаемым противникам «русофобию» и «стремление разрушить русский мир».

Третья причина имеет еще более глубокие корни, чем первые две. Она связана с тем, что большинство современных российских «элитариев» (по крайней мере те из них, которые могут считаться более или менее «этнически русскими»), равно как и их родители, ведут происхождение из того же социального материала, из которого сформированы массы населения Российской Федерации. Ее мы постараемся раскрыть ниже, отвечая на вопрос, почему население поддерживает имперские амбиции Кремля.



А зачем же нужна империя народным массам России?

Младший дурак – народ, Иванушка...
Николай Лесков (1879)

У них не было не то что понятия родины (они с географией незнакомы),
но и понятия «малая родина» – их ведь часто продавали без земли и
отдельно от семьи.
Евгений Понасенков (2012)

Вам всем хочется хоть чем-то гордиться. А гордиться нечем.
                          Владимир Познер (2014)

Нет никакого сомнения в том, что отчасти успех распространения империалистического мировоззрения среди широких  масс населения Российской Федерации обеспечен работой органов государственной пропаганды. В самом деле, при всех провалах большевиков и пост-большевиков в экономической, культурной и других сферах общественной жизни России – их успехи в деле пропаганды и обработки массового сознания весьма впечатляют. Но влияние пропаганды всегда ограничено во времени, да и не на все народы она действует. На русский и близкие к нему народы Российской Федерации имперская пропаганда последних лет подействовала весьма эффективно. Причины этого следует искать в истории российского государства. Ограниченные рамки данной статьи не дают простора для подробного экскурса в историю. Однако, пытаясь разобраться в современном российском менталитете, следует всегда помнить один очень важный исторический факт: с конца 15-го века и до 1861 года свыше 95% русского народа состояло из абсолютно бесправных рабов. Сегодня многие историки пытаются сравнивать их положение с положением крепостных крестьян в Европе (включая страны Балтии), но это сравнение хромает. Европейские крепостные даже в худшие времена все-таки имели некоторые права, а небольшие размеры феодальных государств и вольные города давали возможность перехода или бегства от слишком деспотичных хозяев. Увы, русские рабы таких возможностей были лишены, а потому их положение было абсолютно беспросветным. Чуть более полутора сотен лет назад предки подавляющего большинства современных русских людей даже не считались гражданами в Российской империи, имея статус не человека, а чего-то среднего между домашней скотиной и неодушевленным инструментом. Эти люди были полностью лишены любой формы собственности и даже семьи в общечеловоеческом понимании этого слова (браки заключались по решению рабовладельца, а тот же рабовладелец всегда мог продать своего раба в отдаленную губернию отдельно от жены и детей). Географическая необьятность Московии в сочетании с незнанием географии не оставляла надежд на бегство от рабской доли. На неорабовладельческий строй накладывалась и специфическая форма христианства – русский вариант византийского Православия, основой которого является запрет на любой социальный протест и даже на сомнение в правоте власть имущих. Впрочем, даже составлявшие менее 5% населения элитарии и относительно свободные граждане старой Российской Империи, будучи чуждыми  народным массам культурно и этнически, были также полностью зависимы от Короны в плане полного отсутствия неприкосновенности личности и имущества.

Отмена рабства в 1861 и ограниченные реформы империи открыли короткий период относительной свободы, продлившийся всего 56 лет. Этого оказалось  недостаточно для преодоления рабского  менталитета, выработки уважения к собственности и продуктам труда, а также осознания народом того, что дает и чего требует свобода. Большевистская диктатура 1917-1991 гг., «обновляя» (а точнее - зомбифицируя) Российскую Империю, вернула многие дореформенные аспекты жизни, включая введение запрета на собственность, широкое применение рабского труда (вспомним печальную систему ГУЛАГа), возвращение крепостничества в форме установления колхозного строя в деревне, запрета на выезд подданных за рубеж и разнообразных ограничений на перемещение внутри империи (система «прописки» и не только). А падение Советского Союза в 1991, хотя и привело к возвращению права собственности, разрешению свободы передвижения и созданию демократических механизмов, но не обеспечило перестройки традиций и общественного сознания.

xuilo

В результате современная российская общественность не только не осознала невозможность совмещения имперских амбиций с реальной демократией и экономическим благосостоянием народа,[8] но и не смогла оценить благосостояние, как таковое. Россиянину пока незнакома радость от обустройства собственной «страны-дома», ибо такой страны ни у него, ни у его предков никогда не было. А до того момента, когда переоценка ценностей, наконец, наступит, ожидать выхода из имперского тупика, к сожалению, не приходится. В поисках самоидентификации созанание народных масс России ищет хоть какого-то повода к гордости. Разочаровавшись в своей жизни и в Западе, россиянин инстинктивно хочет гордиться хотя бы тем, что его страна отбирает территории у более слабых соседей и вызывает страх (пусть смешанный с отвращением – это россиянина не смущает). Как грубовато написал недавно Владимир Познер: «Знаете, как финны гордятся, что их президент летает с ними на одном самолете обычным классом? Знаете, как лондонцы гордятся, что их мэр ездит на работу на велосипеде? Нам гордиться нечем. И вот тут, словно пиписька из замызганных штанов онаниста, выскакивает Крым!»[9]


И чего же ожидать соседям «возрождающейся империи»?

У империалистов мира не выпросишь...
Юрий Андропов (1983)

Да ничего хорошего. Хотя «второе воскрешние зомби» едва-ли будет долговременным (для серьезного имперского строительства  Кремль не располагает ни материальными, ни людскими, ни моральными ресурсами), оно без сомнения может нанести существенный ущерб. Как показал печальный опыт фактического поощрения Западом российской агрессии против Грузии в 1992-93 и 2008 гг., попытки «умиротворения агрессора» территориальными подачками только разжигают его аппетит. Сегодня жертвой российского неоимпериализма стала Украина. Если же и здесь российскому истеблишменту будет дан карт-бланш на расчленение соседней страны, он непременно захочит попробовать свои силы где-то еще. Следующими жертвами нападения вполне могут оказаться Эстония или Латвия, и вот тогда перед Западом встанет серьезная дилемма: либо признать собственное бессилие перед слаборазвитой, но агрессивной зомби-империей, либо идти фактически на новую мировую войну.


И какой же выход?

Единственным способом избежать серьезных потрясений сегодня, как и в течение многотысячелетней истории человечества является обуздание агрессора. Что касается методов обуздания, то они могут быть силовыми, экономическими или еще какими-то, но это уже - дело политиков. Однако следует помнить, что современная Российская Федерация слишком слаба и пока еще во всех отношениях зависима от мировых демократий. Поэтому на данном этапе ее амбиции могут быть укрощены с минимальными потерями. В случае же продолжения политики потакания кремлевскому империализму потери человечества  могут оказаться весьма серьезными.





[1] В начале прошлого века Франция, являясь республикой по форме правления, также подходила под определение империи в значении «колониальная империя».
[2] Следует отметить, что наряду с семью названными империями существовали еще шесть колониальных мини-империй: Нидерландская, Итальянская, Португальская, Бельгийская, Испанская и Датская. Но они носили периферийный характер и в достаточно малой степени определяли облик мира. К тому же все они также ушли в небытие в течение 20 века: Нидерландская, Итальянская и Датская мини-империи распались в ходе Второй мировой войны, а остальные три самоликвидировались к концу прошлого столетия практически по тем же причинам, по которым прекратили существование Британская и Французская колониальные империи.
[3] По иронии судьбы тоже получается «Третий рейх», только на этот раз – не германский, а российский.
[4] A. Проханов, «Трагедия централизма», Литературная  Россия (Янв.,1990),
с. 4-5.
[5] З. Бжезинский, Великая шахматная доска. Господство Америки и его
   геостратегические императивы (Москва, 2010), с. 122 – 123.
[6] Бжезинский, с. 127.
  А. Knight, Spies without Cloaks: the KGB Successors (Princeton, 1996), pp.249-253
M. McCauley,Bandits, Gangsters and The Mafia: Russia, the Baltic States and the CIS
 since 1992 (London, 2001). pp.1 - 30, 174 - 210 and 348 - 356.
[7] Бжезинский, Op.cit.
[8] Речь идет именно о широких массах населения России, поскольку оторванная от народа элита благосостояния уже достигла (хотя опыт Хдорковского показал, что и благосостояние это легко может быть отнято волевым решением «самодержца»).
[9] В. Познер, «Один плешивый мальчик хочет войти в историю», Политикантроп, 13.05.2014


Оригинал публикации здесь.
Tags: империализм, путинизм
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment