August 25th, 2014

Сегодня почему-то захотелось перевести на русский хорошую немецкую песню

solovki_bird_02

Автор слов этой песни - поэт Эберхард Кебель (Eberhard Koebel) - провел несколько лет в шведской и финской Лапландии, а также в Эстонии. Ему (уроженцу южной Германии) очень понравилось на севере Европы, и под этим впечалением он в 1933 году написал песню "Лебединый полет" на народную северную мелодию. По слухам песня быстро стала популярна среди немецких моряков и рыбаков.
Я постарался перевести максимально близко к оригиналу, а также, чтобы было можно петь под эту же самую мелодию. Рифму держал только там, где она присутствует в оригинале. Впрочем, я - не поэт, а только развлекаюсь рифмоплетством и пением. Ниже к вашим услугам и оригинал, и мой перевод.

Collapse )

Уральский журналист о своем общении с террористами и зверствах российских нелюдей на востоке Украины

Считаю нужным поделиться этой статьей. Я только слегка ее подредактировал, поставив "ДНР" и "ЛНР" в кавычки и исправив ряд замеченных грамматических ошибок (как практически любой российский журналист, автор статьи - человек малограмотный).

Для начала только выдержка из статьи, а дальше уж решайте сами, читать или не читать:

"..."Казак", боец "Волчьей сотни" с позывным "Буратино"... начал свой рассказ о тотализаторе, который был организован в их подразделении, и заключавшийся в отрезании голов пленным украинским солдатам. По результату победитель должен был получить BMW X6. «…У меня за две недели - одна голова отрезанная, вторая недопиленная, темно было. Когда укру голову отрезаешь, он сначала по-русски «мама», «мамочка» говорит, а уже потом начинает булькать и хрипеть. Заметьте, не «мамо», а по-русски - мамочка…»..."... Даже если это лишь бахвальство, сами по себе подобные разговоры показывают степень чудовищного разложения тех, кто едет беспредельничать в Донбасс.

25.08.2014 19:49


Внештатный корреспондент Znak.com, житель Кургана Николай Мокроусов несколько недель провел на юго-востоке Украины. Он работал в штабе террористов, общался с руководством самопровозглашенной "республики" и рядовыми "ополченцами", следил за жизнью осажденного Донецка. Потом был арестован по обвинению в шпионаже в пользу врага и чудом вышел живым из подвала здания контрразведки террористов… Вернувшись в Россию, Николай записал свои впечатления, изменив некоторые имена и умолчав часть деталей (сам он также публикуется под псевдонимом). Znak.com печатает его рассказ, в котором война предстает не пропагандистским шаблоном, а реальностью. Кто в ней прав, а кто виноват - уже непонятно. Там есть место и подлости, и благородству, и верности, и предательству. Но больше всего на войне страданий, страха и боли.

Пояснение: в виду непрекращающейся братоубийственной войны в Украине и проведенного парада пленных в Донецке я принял решение нарушить расписку о неразглашении, данную мною 23.07.2014 в подвале "контрразведки армии ДНР", и написать о том, свидетелем чего я там стал.

Отъезд

Так уж вышло, что в то время, когда украинский кризис разгорался, я придерживался «диванной» позиции о правильности Майдана и неправильности того, что Россия влезает в дела соседнего государства, к тому же государства родственного, с одним народом по обе стороны границы. Да, волею переломов истории этот народ оказался разделенным, но я все-таки до последнего был убежден, что эту монолитную спайку разбить не удастся никому и не надо мешать нашим братьям с выбором своего пути - как говорится, стерпится да слюбится.

Однако в конце июня случилось так, что я сам пожелал уехать на юго-восток Украины. Не оттого что проникся идеей Новороссии, а оттого лишь, что потребность сбежать, неважно куда, затмила рассудок. Очень скоро вспомнилась мне рассылка, которую осуществляли господа нацболы, о пожертвованиях на гуманитарную помощь и наборе добровольцев для отправки на юго-восток. Незамедлительно отписался им, получил утвердительный ответ, с маршрутом и телефонами координаторов.

Исходя из данной информации, мне в кратчайшие сроки нужно было добраться до Ростова-на Дону, оттуда доехать до приграничного города Шахты, а уже там позвонить по телефону координатору. Сказав родным, что я уезжаю в Москву, а на деле взяв билеты до Ростова, через пару с небольшим дней я был уже в городе Шахты.

Позвонил по телефону и, дождавшись тех, кто за мной пришел, я испытал первый шок. Их было четыре человека, и именно чтобы не встретить такую компанию, мы и стараемся не выходить из дома поздно, а выезжая откуда-нибудь из пригорода, заказываем такси. Однако именно эти господа и были присланы за мною. Вместе мы направились к человеку по имени Максим, позывной «Шухер». Будучи уроженцем Краматорска, после отступления Стрелка он перевез жену и дочь в Россию, а сам стал помогать ополчению, проводя через границу группы добровольцев. Пожалуй, из всей компании он производил самое лучшее впечатление.

Когда мы пообщались с проводником, стало понятно, что в ближайшие два дня из-за отсутствия безопасных коридоров машины не предвидится. Было решено отправляться в расположение перевалочной квартиры, где, собственно, и обитала компания пришедших за мной. Именно «обитала», так как назвать те условия, в которых мы оказались, пригодными для жизни, даже у меня, человека к быту требований скромных, язык не повернется. На четвертом этаже малосемейного общежития по улице Промышленной меня встретили две комнаты, вросшие от грязи в пол половики, раскрошившийся и уже заплесневелый бетон в ванной и довольно крупные опарыши, кишащие в кастрюлях. А еще горы просроченных, тухлых консервов, которые кто-то щедро отправил в качестве «гуманитарной помощи» добровольцам. В принципе, остатки романтики сошли уже там.

Collapse )

Николай Мокроусов

главное фото - РИА Новости/ Михаил Воскресенский                             Источник: http://znak.com/moscow/articles/25-08-19-49/102823