baltvilks (baltvilks) wrote,
baltvilks
baltvilks

Categories:

Кровавая тайна ХХ века


1

Книга «Последняя тайна» лорда Николаса Бетелла, известного английского журналиста, члена Палаты Лордов, вышла в 1974 году. В переводе на русский язык опубликована в прошлом году в журнале «Континент». Последняя тайна – это насильственная репатриация 1944-47 годов. Первая часть книги раскрывает тайну выдачи русских добровольцев, захваченных англо-американцами на Атлантическом валу во Франции и Бельгии. Тайна раскрыта была только в 1972 году, потому что по британским законам документы особой государственной важности рассекречиваются только через тридцать лет.

История репатриации 1944 года была покрыта для нас еще большей тайной, чем репатриация 1945-47 годов. Тем большую благодарность нашу заслужил автор книги «Последняя тайна». Давая подробные сведения о выдаче, лорд Бетелл называет и государственных деятелей, ответственных за выдачу, среди них – тогдашнего министра иностранных дел - Энтони Идена, недавно скончавшегося. На нем - ответственность за одно из тягчайших преступле-ний в истории Второй мировой войны. Лорд Бетелл свидетель-ствует: министр военной экономики лорд Селборн категорически протестовал против выдачи, премьер-министр Черчилль колебался, Иден – настаивал на выдаче и добился решения Военного кабинета. Лорд Селборн был глубоко потрясен решением кабинета. В те дни он писал Черчиллю: «Я глубоко сожалею о решении кабинета ото-слать этих людей обратно в Россию. Для них это обозначало бы верную смерть».

На верную смерть десятки тысяч людей и были отправлены. К концу 1944 года британцы выслали всех военнопленных. Их перевозили пароходами в Мурманск и Одессу.
Американцы своих военнопленных отправляли сначала в США, а потом уже выдавали. Военнопленные содержались в специальных лагерях. Лорд Бетелл называет несколько таких лагерей: Форт Дикс (Нью-Джерси), Винчестер (Вирджиния), Руперт (Айдахо), а также лагери в Калифорнии. В США, как он считает, было в общей сложности 28 тысяч военнопленных русских, взятых на Атлантическом валу. Военный министр США Генри Стимсон колебался, считая, что правительство должно сначала удостовериться, какова будет судьба выданных, не выдаст ли оно их «для казни или наказания». Министр иностранных дел Штеттиниус считал, что все военнопленные должны быть выданы, «вне зависимости от того, хотят они этого или нет». Окончательное решение принимал пре-зидент Рузвельт: всех выдали на смерть. И ни одного уцелевшего, ни одного свидетеля этого преступления, кажется, и не осталось.

2

Секретному соглашению о насильственной репатриации, заключенному на Ялтинской конференции в феврале 1945 года, предшествовала длительная переписка и частные разговоры пред-ставителей СССР, США и Великобритании. Наряду с военно-пленными, согласно достигнутому соглашению, насильственной репатриации, как известно, подлежали все перемещенные лица. На этом настаивала советская сторона. Англичане и американцы согласились. 10 февраля 1945 года, как пишет лорд Бетелл, со-стоялся разговор между Сталиным и Черчиллем. Присутствовали только Иден, Молотов и два переводчика.
В отчете об этом разговоре было сказано:
«Премьер-министр говорил о трудностях, связанных с большим числом русских военнопленных на Западе. У наших - около 100 тысяч. 11 тысяч уже отправлены домой, и в следующем месяце будет отправлено еще 7 тысяч. Он хотел знать, что думает маршал об остальных. Маршал Сталин выразил надежду, что они будут отправлены как можно скорее... С теми, кто воевал на стороне немцев, разберутся».
«Надо полагать, - пишет лорд Бетелл, - Иден и Черчилль прекрасно понимали, что подразумевает Сталин под словом «разберутся», но они уже связали себя обязательствами и не спори-ли».
На другой день были подписаны соглашения о выдаче и британцами (Иден), и американцами (военный атташе США в Москве Джон Дин). Договорились: преступные документы эти держать в стором секрете. Когда в британское министерство иностран-ных дел поступил вопрос, следует ли соглашение зарегистрировать в ООН, последовал ответ: «Категорически отказать. Это соглаше-ние должно держаться в секрете». 15 февраля 1944 года три английских корабля отплыли из Ливерпуля в Одессу с семью тыся-чами советских военнопленных. Полковник Томлин, сопровож-давший транспорты, вспоминает:
«Они прыгали в море на протяжении всего пути...»

Несколько человек спрыгнули в то время, когда проходили Гибралтар. Несколько человек – в Дарданеллах. Все, конечно, погибли. В Одессе после высадки выданных суда обыскивали советскими охранниками, чтобы ни один военнопленный не вернулся в Англию.
США и Великобритания, как известно, не признавали совет-скими захваченные перед войной территории: Прибалтику, Запад-ную Украину и Западную Белоруссию, и не желающие возвра-щаться знали, что смогут избежать выдачи, если докажут, что жили перед войной на этих территориях. Была создана специальная советско-британская комиссия.

Британскую сторону в этой комиссии представлял бригадир Файер Брейг. 14 апреля 1944 года он писал в министерство иностранных дел:

«Вы поручили мне самую неприятную работу, которую только можно придумать, потому что все те, кто признает свое советское или польское гражданство, за редким и сключением, горячо протестуют против возвращения в Советский Союз и даже в Польшу. Многие указывают на всякие причины нежелания вернуть-ся, опираясь на свой жизненный опыт в Советском Союзе и даже в Польше после вступления туда Красной армии. Все это сводится к однойи той же длинной истории расстрелов, арестов, преследований и высылки семей. Они утверждают, что не хотят вернуться в страну, где происходит такое, и где человек лишен всяких прав. Здесь были и кулацкие дети из мест, куда Макар телят не гонял, и один юноша рассказывал, что находился в тюрьме с двенадцати лет, пока его не освободили, чтобы взять в Красную армию. Большинство из них говорили, что предпочитают смерть возвращению в Советский Со-юз и предлагали англичанам лучше расстреливать их, чем выдавать советским. Я никогда в жизни не видел такого страдания и такой степени отчаяния».

Спаслись и не были выданы единицы...


Пароход за пароходом отходили от английских берегов с обреченными. Страшные сцены разыгрывались при посадке. Кончали жизнь самоубийством на судах, в пути прыгали в море, гибли. Вот один из многочисленных случаях самоубийства, о которых рассказывает лорд Бетелл:

Очередную партию – 3 тысячи человек – грузили в Ливер-пуле на пароход «Эмпайр Прайд». Среди выдаваемых было так много больных, что корабельный госпиталь не мог всех вместить. Было несколько беременных женщин. Группу примерно в 12 чело-век сопровождала усиленная охрана: по два смершевца на человека. Когда группа подходила к сходням, один из военнопленных накло-нился, разбил армейскую кружку для чая и осколком перерезал себе горло. Англичане хотели отправить его в госпиталь, но волки-смершевцы постребовали, чтобы раненого погрузили на корабль. Залитого кровью человека заперли на гауптвахте. Британский офицер, сопровождавший транспорт, вспоминает:

«Этот человек был раздет догола, и его руки были крепко привязаны к койке. Тем не менее он дважды срывал перевязку, хотя военврач обещал ему взять его под опеку. Вида этого человека, каюты, забрызганной зеленой краской и кровью, - я никогда не смогу забыть».
Когда «Эмпайр Прайд» проходил Гибралтар, пленный Дашенко прыгнул в море и поплыл к далекому африканскому берегу. Надежды доплыть не было никакой. В Дарданеллах еще несколько человек прыгнуло в море. Их подобрал турецкий патрульный катер и доставил обратно на судно.

«Эмпайр Прайд» причалил к одесской пристани 10 июня 1945 года. В своем рапорте тот же офицер (Джордж Юматов, канадец русского происхождения) сообщал:
«Советские представители отказались признать кого бы то ни было лежачими больными, и даже умирающим было приказано нести на себе собственные вещи. Вынесли только двоих: человека с ампутированной правой и сломанной левой ногой и другого, находившегося без сознания. С тем, кто пытался покончить жизнь самоубийством, обращались так грубо, что его раны открылись и кровоточили. Его спустили с судна и провели за здания склада на пристани. Раздался выстрел, но ничего не было видно. 31 человека, находившихся на судне под усиленным надзором смершевцев, провели в пустой пакгауз недалеко от причала. Через 15 минут из пакгауза послышались пулеметные очереди. Еще через 20 минут из пакгауза выехал крытый грузовик и помчался по шоссе».

К концу июня из Англии было вывезено на кораблях 32.044 советских гражданина. Пресса – и британская, и американская – систематически дезинформировали общественное мнение. Журна-\листы писали о насильственно выдаваемых: «У всех – только одна цель: вернуться домой».

В результате, как пишет лорд Бетелл:
«Лишь немногие англичане и американцы знали, что для осуществления репатриации применяется насилие, и что многие русские предпочитали покончить с собой, чем вернуться на родину».
К концу войны, как сообщает лорд Бетелл на основании документальных данных, в Западной Германии находилось около двух миллионов советских граждан. Процесс их репатриации проис-ходил так интенсивно, что в течение двух месяцев после капиту-ляции Германии было выдано 1.393.402 человека.


3

К сожалению, в книге «Последняя тайна» нет достаточных сведений о репатриации этой массы людей. Вторая часть книги посвящена трагедии 35 тысяч казаков, сосредоточенных к концу войны в Северной Италии.
30 апреля 1945 года казачьи части ушли в Австрию, расположившись лагерем около двух австрийских деревень – Маутен и Кетшах.
«Согласно английским данным, - пишет лорд Бетелл, - к 16 мая в долине Драу собралось 22.009 Домановских казаков. 15.380 мужчин, 4. 193 женщины и 2.436 детей».

В нескольких километрах к востоку разбили лагерь 4.800 грузин. Еще дальше расположился 15-й казачий кавалерийский корпус под командованием генерал-лейтенанта фон Паннвица,
[1] сдавшийся англичанам в полном составе (18.792 человека).
Точность этих цифр была относительной. Казачьи историки утверждают, что численность войск генерала Доманова в Италии составляла – 35.000 человек.
Командир Восьмого батальона британской армии подполковник Малколм вспоминает:
«Мне было сказано, что в моем районе находится 25 тысяч казаков, и что мы должны «присматривать за ними». Но это задание невозможно было осуществить».
И часть казаков ушла в горы и спаслась.

Связь между англичанами и казаками осуществлял помощ-ник Малколма, майор Дэвис. В его воспоминаниях – потрясающая своей трагичностью картина выдачи в Лиенце:

Пока казаки были вооружены, англичане не решались ниче-го предпринимать. Когда казаки сдали оружие, то англичане пошли на полный обман: отделив офицеров, увезли их якобы на какую-то конференцию. История последовавшей выдачи двух тысяч офицеров хорошо известна.


Гостиница "Золотая рыбка", где были собраны все генералы и офицеры"для поездки на конференцию" (фото Michael Blinoff)

Лорд Бетелл подтверждает все, что было уже в воспоминаниях уцелевших, цитирует ряд британских документов:
   Когда обманутых офицеров привезли в лагерь, обнесенный колючей проволокой и окруженный многочисленной охраной, английский капитан Лейверс, ответственный за охрану, отдал солдатам следующий приказ:
«При всякой попытке оказать какое-либо сопротивление немедленно открывайте огонь и убивайте. Всякая попытка офице-ров покончить с собой должна быть преотвращена в том случае, если это не грозит опасностью нашим людям. Если это грозит хоть малейшей опасностью, не следует препятствовать самоубийству».

   Начальник Лейерса Брейер лично руководил погрузкой офицеров на грузовики. Офицеры отказались грузиться. Их начали избивать, грузить силой. В одном из отчетов об этом преступлении читаем:
Выдача казаков в Лиенце, – одно из тягчайших преступле-ний периода Второй мировой войны, - началась 1 июня 1945 года. «Специфический ужас просшедшего в Лиенце, - пишет лорд Бетелл, - заключался в том, что здесь находилось около 4 тысяч женщин и 2.5 тысячи детей, и все это выглядело почти как акт геноцида...» Британская и американская пресса, между тем, хранила полное молчание, соучаствуя таким образом в кровавом преступлени.       До 1972 года, когда были опубликованы британские секрет-ные документы, отноосящиеся к 1945 году, никакой информации о выдаче вообще не давалось в печать.

Выдача началась в 7:30 утра 1 июня. Капитан Малколм писал в своем отчете:

«В 7:30 утра 1 июня я и майор Дэвис пришли в лагерь... В лагере я увидел большую толпу в несколько тысяч человек, обра-\зовавшую строгий квадрат с женщинами и детьми посередине и мужчинами снаружи. В первом ряду на равных расстояниях друг от друга стояли мужчины, одетые в военную форму. В одном месте со-бралось 15 или 20 священников, одетых в облачение, держащих иконы и хоругви. В 7:30 они начали богослужение, и толпа запела. Было ясно, что эта форма сопротивления была хорошо организована».

На приказ грузиться – казаки ответили молчанием. Ряды их еще больше сплотились. Тогда был отдан приказ – грузить насильно. Вооруженные винтовками с примкнутыми штыками и дубинками, солдаты двинулись на сомкнутые ряды казаков, начали вырывать из рядов по одному. Несколько человек солдатам удалось вырвать. Остальные еще крепче сплотили ряды.

«Трудности особенно возросли после того, когда все они сели на землю, сцепившись руками и ногами. Один русский офицер укусил за руку старшего сержанта. Это побудило английских солдат перейти к более жестким мерам. В дело пошли приклады, рукоятки, штыки... – так что некоторые русские офицеры были доведены до полубессознательного состояния».

Лорд Бетелл пишет далее, что «...вся эта резня и избиение не были спровоцированы моментом, как расплата за укушенную руку старшего сержанта, а явились продуманным актом насилия, призванным подавить сопротивление в зародыше».

На пути в Юденбург, где выданных ждали смершевцы, несколько человек покончили жизнь самоубийством. В долине реки Драу между Лиенцом и Обердраубургом оставалось еще 20 тысяч казаков, женщин и детей. Когда в расположении казачьих лагерей стало известно, что офицеров выдали, что выдача угрожает всем, - началось бегство. Согласно британским официальным отчетам, «районы, где находились лагери, усиленно патрулировались, но, тем не менее, было невозможно предотвратить бегство в последующие несколько дней значительного числа казаков и кавказцев».

Большинство все-таки оставалось на месте. Избрали временным атаманом Кузьму Полунина, оказавшегося хорошим организатором. Прежде всего на имя начальника охраны всего района Малколма была направлена петиция, в которой казаки заявили: «...Мы предпочитаем умереть, чем вернуться в Советский Союз». Петиция осталась без ответа...

«Солдаты, - пишет Дэвис, - применяли неистовые усилия растащить эту массу, били прикладами и дубинками по рукам и ногам...»
Прорвавшись сквозь ряды казаков, солдаты стали хватать женщин и детей. Отцы бросались на выручку, их тащили к грузовикам. Объятая ужасом толпа бросилась к реке. Многие устремились к мосту. Другие бросались в реку, многие гибли. Добравшись до леса, одни уходили, другие кончали жизнь самоубийством.

«Самое страшное воспоминание Дэвиса, - пишет лорд Бетелл, - подтверждаемое многими другими свидетелями, это как один казак застрелил свою жену и троих детей, а потом застрелился сам».

Писатель Федор Кубанский, на воспоминания которого ссылается лорд Бетелл, писал:
«Молодая женщина с двумя маленькими детьми подбежала к краю моста. Она быстро обняла первого ребенка, а потом неожиданно бросила его в пропасть. Второй ребенок цеплялся за ее юбку и кричал: «Мама! Не надо! Мама, я боюсь!» - «Не бойся, я буду с тобой!», - отвечала обезумевшая женщина. Она разжала руки, и второй ребенок полетел в бурные воды Драу. Потом она распростала руки наподобие креста: «Господи! Спаси мою грешную душу!» - крикнула она и, не опуская рук, бросилась за своими детьми. Через минуту стремительные водовороты реки поглотили ее».

А кровавое беснование продолжалось... За четыре часа в этот день англичанам удалось погрузить в поезд 1.252 человека, на 500 человек меньше, чем предписывалось в приказе. 2 июня, когда часть казаков охватило какое-то безразличие, когда их воля к сопротивлению была сломлена, англичане смогли погрузить 1.858 человек, а 3 июня – еще 1.487. Между тем началось брожение среди солдат: они были на грани неподчинения приказам, и командование срочно отозвало лондонский ирландский батальон, проводивший выдачу, заменив его другой воинской частью.
Выдача продолжалась ежедневно, и 7 июня генерал Китли, ответственный за преступную операцию, рапортовал:
«Выдача казаков полностью закончена...»

К этому сроку было выдано в Лиенце и других пунктах на территории Австрии – 35 тысяч человек. За 10 дней выдачи, четырем тысячам удалось бежать. Англичане под давлением советской стороны начали поиски бежавших. Было поймано 1.356 человек, причем часть из них, особенно те, что были обременены семьями, сдались англичанам добровольно. Кроме 35 тысяч казаков, свидетельствует лорд Бетелл, в районе Юденбурга в июне 1945 года было выдано еще 13.350 других советских граждан.

«Так кончились, - пишет в заключение лорд Бетелл, - долгие годы страданий не только для казаков, но и для нескольких мил-лионов советских граждан, находившихся на оккупированных немцами территориях, - как для тех, кто добровольно сражался в немецкой армии, так и для военнопленных и просто рабочих, насильственно угнанных на работу в Германию».

Владимир Самарин
«Русская жизнь», Nr. 8630. 1974

Перепечатано из книги "Оборона Мугани", Asteroid Publishing, 2020 , изданной под моей редакцией.

PS.: Здесь, однако, нельзя обойти молчанием два достаточно важных факта:

  1. К моменту проведения Ялтинской конференции советскими войсками были заняты значительныые  территории в Польше и Германии, где находились нацистские лагеря военнопленных. В результате в руки Сталина попало несколько тысяч пленных британцев, французов и американцев. В ходе переговоров в Ялте советская сторона ясно дала понять западным союзникам, что может и не освободить этих пленных, если союзники откажутся «репатриировать» советских подданных.


  1. С 90-х годов КГБ и позже ФСБ начали активно обыгрывать вышеописанные события и клеймение позором «негодяев-англичан».  Одно время чекистским куратором этого проекта среди эмигрантов первых двух волн был, кстати, «легендарный» агент 5-го Управления о. Никон (Белавенец). А цель – также очевидна: вбить очередной клин между восточноевропейскими народами и англичанами.

Исходя  из вышесказанного, о трагедии в Лиенце (и не только) надо, конечно знать и иметь, разумеется, негативное отношение к тому, что западные союзники сделали с казаками и другими восточноевропейцами, по разной причине взявших в руки оружие и надевших немецкую форму, НО... особенно муссировать эту тему не стоит, если мы не хотим играть в лубянские игры.


[1] В ходе выдачи Советам казаков 15-го корпуса генерал фон Паннвиц имел возможность избежать отправки в СССР, так как он являлся германском гражданином. Тем не менее, генерал ринял решение разделить судьбу своих подчиненных и вместе с ними последовал в ГУЛАГ. Его примеру последовал ряд других немецких офицеров. 16 января 1947 года Гельмут фон Паннвиц был казнён в СССР вместе с другими казачьими генералами.
Tags: История, Россия
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments